September 27th, 2010

Лавочка

(no subject)

умер Святослав Владимирович Сахарнов...




КАКОГО ЦВЕТА МОРЕ?

В детстве я знал, какой цвет у моря.
Я любил его рисовать. Брал кисточку, густо разводил кирпичик
ультрамариновой краски и проводил в тетради яркую синюю полосу.
Потом я стал учиться живописи.
Стал присматриваться к морю.
Оно оказалось каким угодно, только не синим.
Однажды я прожил месяц на острове. Море было вокруг меня.
Утром до восхода солнца оно было белёсого, сероватого цвета. Как
поле, посыпанное пеплом.
Поднималось солнце. Поле розовело, по нему ползли лиловые и синие
полосы. Полосы росли, ширились, охватывали всё море.
Небо голубело, тянул утренний ветерок — бриз, и море, как чаша,
наливалось до краёв зелёной или голубой краской.
При облачном небе море так и оставалось на весь день серым.
Перед штормом оно чернело и только там, где светился солнечными
лучами облачный разрыв — глаз циклона, — делалось изумрудно-зелёным.
Вернувшись в Ленинград, я снова начал учиться живописи. Я много
читал.
Я узнал, что у тёплых берегов Африки и Азии вода зелёная-зелёная,
густо настоянная на мелких, невидимых глазу водорослях.
На Севере вода прозрачная, как кристалл льда.
Около устья рек в море всегда держится громадное жёлтое или
коричневое пятно. Это река красит воду в цвет своих берегов.
Когда у пляжа из кварцевого или кораллового песка грохочет прибой,
вода взбаламученная — серая, почти белая.
В Калифорнии есть залив. Вода в нём кроваво-красная от малюсеньких
рачков — ночесветок. Ночью такая вода, если ударить по ней веслом,
вспыхивает миллионами огоньков. А быстрый дельфин кажется в ней сказочным
чудовищем, источающим синее пламя.
Превращениям моря нет конца.
Какого же оно цвета?
Этого не знает никто.
А «ТРИГЛА» ВСЕ ИДЁТ ВПЕРЁД.
Я готовлю кисть и краски.
Замечательные краски, на чистейшем растительном масле.
Я буду рисовать.
Уж если попал на эту посудину, так хоть напишу много-много картин.